Дух Александра Меня о духовном пути, карме и будущем православия
Эфир №815 · Дата в исходном документе: 19 августа 2025 года
«...Я был в то время в Израиле, звали меня Симон, и я был в теле мужчины, человеком, которого Он исцелил от проказы, и который потом стал Его учеником...»
Ирина: Здравствуйте, дорогие друзья! Меня зовут Ирина Подзорова. Я являюсь контактёром с внеземными цивилизациями, с Духовным миром, с тонкоматериальными цивилизациями. Сегодня я пригласила Духа, который в последнем воплощении был известен как священник Александр Мень. Это очень интересная личность. Он сейчас не воплощён. И его будет расспрашивать Наталья.
Наталья: Здравствуйте, дорогие наши зрители и слушатели! Меня зовут Наталья, я живу в городе Санкт-Петербург.
Ирина: Очень приятно! Дух находится здесь в Астрале, в астральном пространстве, приветствует тебя, благодарит нас за приглашение, за конференцию, ждёт вопросов.
Наталья: Сначала я хочу, конечно, поприветствовать Отца Александра. Для меня это огромная честь – иметь возможность соприкоснуться с его Духом, потому что я не застала его, к сожалению. Я приветствую, Александр!
Ирина (Александр Мень): Было много целей, но основная – это любыми способами повысить свой уровень, а также развить в себе организованность, лидерство, но в то же время веру.
Наталья: Отец Александр, был ли твой духовный путь в этом воплощении продолжением начатого пути в других воплощениях?
(Александр Мень) Я был в то время в Израиле, звали меня Симон, и я был в теле мужчины, человеком, которого Он исцелил от проказы, и который потом стал Его учеником.
Ирина (Александр Мень): В то время Он был воплощён на Тумесоуте, а я был воплощён на Бурхаде, и мы сотрудничали, то есть я помогал Ему осуществлять Его план. Тоже был мужчиной.
Наталья: Отец Александр, вот между воплощением в Симона и в Отца Александра всё-таки достаточно большой промежуток. Были ли там воплощения, связанные с миссией проповеди Христа, Его Евангелия?
(Александр Мень) Ты сейчас спросила, между ними были ли воплощения, но они не могли быть между ними, потому что миссия Христа началась после Его воплощения. Просто здесь нужно понимать, что у Духа было воплощение Яхве и было воплощение Христа. Дух это один и тот же, но личности разные, потому что разная память. Поэтому я был знаком с Яхве, был знаком с Христом, да, это один и тот же Дух в разных воплощениях.
Ирина (Александр Мень): А что касается дальнейших моих воплощений, то я был воплощён в IV веке после Рождества Христова на территории современной Турции в человека, которого вы наверняка знаете, как Григорий Великий.
Ирина: Это сподвижник Василия Великого, Иоанна Златоуста – вот этих деятелей. То есть он был воплощён в Григория Великого. Это был представитель Римской империи, римлянин (показывает, что он не еврей был, а представитель эллинов).
Наталья: Вернёмся к твоему воплощению, когда ты воплотился Александром Менем. Ты родился в еврейской семье. Какой был духовный смысл такого выбора?
Ирина (Александр Мень): Я выбирал по вибрациям отца и маму, то есть тех, которые в те непростые годы атеистической пропаганды и послевоенной разрухи смогли бы научить меня пути к Богу, когда моя память будет заблокирована. То есть именно об этом мы договаривались.
Ирина (Александр Мень): Да. Отец был не таким верующим, но всё равно верил в Бога, хотя не так сильно. А мама – да, была сильно верующей, её саму воспитывали мама и бабушка, которые водили в церковь, поэтому она мне с детства всё это рассказывала. Она рассказывала о Библии, показывала религиозные книги и приучила меня читать.
Наталья: История гласит, что даже когда ты был ещё в утробе, она уже читала «Отче Наш», и когда кормила тебя грудью. Потому что понимала, что без милости Божией может не выполнить задачу, чтобы ты возрос в вере.
Наталья: Александр, вопрос о предопределении. Если бы не твоя матушка, и не катакомбная церковь, и не наставничество Отца Серафима, стал бы ты священником? Выбрал ли ты тогда бы этот путь?
Ирина (Александр Мень): Не существует предопределения в том смысле, как жёсткого плана, он может меняться. Был план, что я стану священником, я его выполнил. А мог бы я им не стать? Да, конечно, мог бы. По разным обстоятельствам мог бы не стать. Либо ты идёшь по своему плану, либо ты не идёшь по своему плану. То есть, либо ты следуешь своему Божественному предназначению, либо ты не следуешь ему. А предопределение – это что такое в твоём понятии?
Наталья: Это такой философский вопрос, о котором судачат по сей день: есть ли оно, это предопределение, или мы свободны и вольны выбирать даже вот в таких важных, каких-то глобальных вещах?
Ирина (Александр Мень): Бог Отец установил такой закон, что все Духи свободны. Если бы Он установил предопределение, то бы был сам ответственен за судьбу этого Духа, или отвечал бы тот, кто предопределяет. А значит, это породило бы возвышение одних Духов над другими, то есть тех, кто предопределяет, над теми, кого предопределяют. А возвышение быстро рождает чувство гордыни и понижает вибрации.
(Ирина) Показывает, что в детстве, лет в шесть. Показывает себя в шесть лет и как его привели креститься.
Ирина (Александр Мень): И я увидел священника, услышал пение, вдохнул запах ладана, и понял, что не хочу уходить оттуда, как будто храм – это мой дом. То есть в детстве это было. Это были мои родные стены. Я тогда не понял, почему у меня такое ощущение, но мне потом снилось во сне, когда ещё был ребёнком, что я одеваю на себя рясу и служу как священник, пою как священник. И всегда об этом мечтал, потому что для меня это было такое удивительное служение, как будто в священника входил, вселялся Ангел и говорил его устами, проявлялся через его движения.
Наталья: Отец Александр, времена совершенно непростые были в то время, когда ты жил. И вот вопрос: какая сила вела тебя в твоём духовном пути, был ли у тебя куратор? Ведь выстоять в те времена было непросто.
Ирина (Александр Мень): Да, конечно, куратор у меня был. У меня куратором был Иисус Христос. А также Святой Дух, Архангел Гавриил, Архангел Метатрон, Архангел Михаил – мои кураторы из Духовного мира.
Ирина (Александр Мень): Мой контакт с Иисусом был с рождения, потому что одной из социальных задач моего воплощения (о личных я уже сказал, а именно социальной задачей) было – нести Весть Христа людям в то непростое атеистическое время. Поэтому с рождения Иисус был моим куратором, и Он меня воспитывал, мою Душу, когда я ещё ничего не понимал из слов. Он вкладывал в неё энергии Божественной Благодати.
Отец Александр, а были ли такие моменты в твоей жизни, когда вот эта связь с Христом прерывалась из-за каких-то жизненных ситуаций?
Ирина (Александр Мень): Я всегда чувствовал Его. Прерывалась только, когда я сам по какой-то причине переставал молиться, например, по суете. Я всегда верил, у меня не было такого периода, как охлаждение к вере. Я всегда верил в Бога, верил, что Он рядом, верил, что я с Ним беседую, что Он рядом со мной, всё видит, поэтому всегда с Ним беседовал и вслух, и мысленно.
Ирина (Александр Мень): Я читал много и научной литературы, и литературы по другим различным религиям, и мифологию, научную и художественную литературу. Классику, например, почти всю читал. Я очень любил читать и всё своё свободное время, даже когда уже закончил Духовную академию, проводил за книгами, даже когда был студентом, даже на лекциях.
(Ирина) Показывает, как слушает лекцию, а сам под партой что-то читает, что-то не по теме. (смеётся)
(Александр Мень) Читал философию. Я был частым посетителем разных крупных библиотек, брал там книги сразу по столько штук, что мне сложно было донести их до дома.
Наталья: Отец Александр, а как удавалось тебе, при такой твоей загруженности, вот в таком служении постоянном, уже потом, дальше и лекции проводить, и выступления? Вот когда ты оставался наедине, где находил время, чтобы связь восстанавливать? Или это было постоянно, непрерывно?
Ирина (Александр Мень): Наедине быть мне было сложно, особенно последние лет пять своей жизни. С 1985 года, как начались перестройка, гласность, я понял, что настало время для проповеди Христа, учения церкви, и сразу же начал обращаться к народу, собирать залы (показывает). Ко мне потянулись, и я отвечал на все вопросы...
Ирина (Александр Мень): Да. И постоянные встречи назначали, беседы, диспуты, споры были даже. И ещё было написание книг. Я же писал книги и статьи в газеты.
Но наедине с собой я оставался: когда просыпался и когда засыпал, в эти моменты своей жизни я оставался наедине с Богом. Когда засыпал, я благодарил Бога за проведённый день, за данную мне благодать слова, которая могла бы привести Душу людей ко Христу. А когда просыпался, я просил благословения. Вот это – те минуты, в которые я оставался наедине с Богом.
Наталья: Судя по рассказам твоих знакомых и друзей, ты был осведомлён в вопросах эзотерики, как мы сейчас это называем.
Ирина (Александр Мень): Читал. Я же говорю, что читал книги и по религиозным учениям, по философии, и, конечно же, по эзотерике – тому, что сейчас называют оккультизмом, эзотерикой. Я тоже читал это, естественно.
Ирина (Александр Мень): Да, допускал. В этом нет ничего особенного, для меня это было в порядке вещей, потому что я считал, что Бог всемогущ и может сотворить жизнь на любой планете. Поэтому для меня не было ничего удивительного в этом.
Наталья: Значит, если бы кто-то из твоих прихожан сказал, что, возможно, существуют иноплянетяне, ты не стал бы говорить, что «это от дьявола всё», как иногда я слышу от современных священников?
Ирина (Александр Мень): Нет, конечно. Сказать «это от дьявола» проще всего, но это просто от нежелания думать. На самом деле, это такая инстинктивная защитная реакция человека, что «мне говорят нечто, во что я не верю», и я говорю: «Это от тёмных сил», – чтобы обесценить опыт человека и не думать над ним.
Наталья: Скажи, Отец Александр, ты же знаком с ветхозаветным запретом на контакты с умершими Духами?
Ирина (Александр Мень): Я знаком с этим запретом, потому что я же знал Яхве, когда он давал этот запрет. Мы же с ним и с другими членами нашей группы, которая прилетела на Землю формировать иудейский эгрегор, формировали все эти законы. И я знаю точно смысл этого запрета – по какой причине он был введён, до какого времени он был введён. Это всё сейчас отменено.
Главным доказательством для любого православного христианина, что запрет на контакт с Духами снят, является любой молитвослов, который продаётся в православной церкви: в конце концов, там полно молитв, посвящённых святым. А что такое молитва святому? Это, между прочим, не просто слова, дорогие друзья, это установление прямой духовной связи между вами и тем Духом, которому вы молитесь. Это же понятно, что, например, читая какой-либо акафист тому же Николаю Чудотворцу, или Георгию Победоносцу, или Серафиму Саровскому и так далее, вы же понимаете, что они умерли как люди. Но вы обращаетесь к кому? К ним или к Богу. И вы говорите: «Отче Серафиме!» – обращаясь к Саровскому. – «Отче Серафиме, молись за меня Иисусу». К кому вы обращаетесь?
Ирина (Александр Мень): Дорогие мои православные друзья, я был с вами в одной вере, в одном эгрегоре, и сейчас остаюсь в эгрегоре христианства, кстати. Я хочу вам сказать, что это какое-то лицемерие всё-таки, дорогие друзья, когда запрещают общаться с Духами и говорят, что это общение с бесами, смертный грех, но в то же время продолжают взывать к Духам. Если с ними нельзя общаться, то к ним нельзя и обращаться. Потому что обращение – это уже общение.
Вот сейчас Ирина позвонит, например, к тебе, Наталья, и скажет: «Наталья, приветствую тебя! Помолись за меня Богу». Это будет общением?
Ирина (Александр Мень): А Духу не надо звонить. Как только ты назвал его имя и представил его образ или просто захотел к нему обратиться – уже выстраивается невидимая духовная связь. Она выстраивается ещё быстрее, чем продолжается вызов телефона. Потому что в Духовном мире расстояния не существует. Это всё на уровне Духовного сердца происходит.
Если бы тебе теперь сказали, или вот если бы Ирине сказали: «Общаться с Натальей – грех, но звонить ей ты можешь», – как бы ты это расценила?
(Александр Мень) Так вот, мои дорогие православные друзья, которые против общения с Духами, спиритизма и так далее, идите тогда до конца, идите в протестантизм, откажитесь от молитв святым. Иначе вы занимаетесь, на самом деле, тем же самым спиритизмом, с чем я вас и поздравляю! Потому что «спиритизм» от слова «spiritus» – «дух».
Кстати, в постулатах спиритизма нигде не написано конкретно, что Дух обязательно должен как-то ответить. В конце концов, и по учению оккультизма, и по учению православия, вполне возможно, что человек не способен по своему строению нервной системы, мозга и своим психологическим характеристикам воспринять этот ответ. Может быть, он просто не настроен на него, да? Но само обращение к Духу умершего – это факт контакта.
Ирина (Александр Мень): И вы же точно знаете, что она умерла. Что вы отмечаете, какой праздник 28 августа, скажите мне, пожалуйста?
Ирина (Александр Мень): А куда же она успела? Вспоминаем вот этот наш церковнославянский, старославянский язык: что это значит?
Наталья: Там было о том, что она не умерла, но её как будто бы забрал Ангел, что ли, какое-то такое предание.
Ирина (Александр Мень): Да, и даже в предании Церкви есть такое, что когда её Душа выходила, то встретил её Христос. Помнишь?
Ирина (Александр Мень): А вы обращаетесь к ней с сотнями молитв, акафистов, то есть уже к её Духу. И не только обращаетесь, вы нарисовали сотни икон, перед которыми кланяетесь. И после этого говорите, что общение с Духами запрещено? Да кто же вам поверит!
(Александр Мень): Вы сейчас будете утверждать, что молитва – это не общение. Тогда скажите мне, для чего же вы тратите своё время на бессмысленную болтовню, которую вы даже не считаете общением?
Наталья: Очень логично, и действительно, он развенчивает вот эту двойную позицию «можно-нельзя». Здорово, спасибо Отец Александр!
Ирина (Александр Мень): Даже вот протестантка, а потом пришла в православие. Вот тебе, тем более как протестантке, это понятно.
Ирина (Александр Мень): Молитва к святому – это контакт, так же, как обращение к человеку – это тоже контакт.
Наталья: Да, да. И ведь никогда в голову это не приходит. Это как с воскресением Христа: а куда Он ушёл? В облако. А дальше куда? И вот я задаю этот вопрос людям и говорю: «Но Он же в теле?» – «Да». – «Значит, Он где-то должен быть?» – «Ну да. Хотя нет. Он же Бог и может быть, где захочет». Так вот и с этим. Всё верно, спасибо, Отец Александр!
(Александр Мень) Я поэтому и пришёл к вам как Дух, меня позвал эзотерик, оккультистка, которая вызывает Духов и т.д. Она правильно делает, потому что поступает точно по Евангелию, точно по духу Нового Завета. Потому что ещё апостол Павел в «Послании к Евреям» ясно написал верующим, что «вы приступили... к духам праведников» [Послание к Евреям 12:22/23]. Ну как можно приступить и не общаться? Для чего вам тогда эти Духи праведников, для чего вам Ангелы? Для чего вы молитесь Архангелу Михаилу, Архангелу Гавриилу, своему Ангелу-Хранителю? Это всё о контактах с Духами, дорогие мои друзья! Вы такие же эзотерики, успокойтесь.
Наталья: Отец Александр, вопрос: чувствовал ли ты, когда я обращалась к тебе, раз уж мы говорим о взаимодействии с Духами? Ты это чувствовал?
Ирина (Александр Мень): Да, конечно. Я чувствую каждую Душу, которая ко мне обращается и за меня молится.
Наталья: Читая твои биографии, я наткнулась на историю о том, как однажды ты исцелил девушку, которая пришла, у неё болел живот. И вот там была интересная история описана. Расскажи про исцеления людей, это же был не единичный случай?
Ирина (Александр Мень): Не давал отдыхать себе физически, умственно. Иногда хотел побыть один, иногда я хотел быть на природе, походить, погулять. Но у меня были встречи с людьми, и я ломал себя, преодолевал себя, считал это за лень. Поэтому я своё тело повредил своими мыслями, что оно должно смиряться, слушаться меня, и от этого у меня заболели суставы. Потому что они – символ движения: я не давал себе свободного движения.
Наталья: Поделись опытом, как найти баланс в этом – баланс между служением людям и необходимостью не забывать о себе?
Наталья: В 1995 году произошла удивительная история. Карлос Торрес, католический священник, болел онкологией, и он обратился к тебе с горячей молитвой, и у него произошло исцеление.
Ирина (Александр Мень): Я же сейчас Ангел, нахожусь на 22-м уровне, это Ангелы-Консультанты. А Ангелы, которые исцеляют, которые приходят на целительских сеансах, при молитвах, это Ангелы-Целители, они на 20-м уровне, и я их обучаю как раз. Так что ко мне вы вполне можете обращаться с любыми просьбами. Хотя я и не канонизирован, вернее, канонизирован, но не в официальной Церкви.
Ирина (Александр Мень): Я, на самом деле, канонизирован в структуре, которая называется Православная Апостольская Церковь. Это очень интересная структура, но она не в общении с Русской Православной Церковью. Хотя я и не канонизирован ею, но вы можете вполне ко мне обращаться, потому что канонизация здесь не важна, это просто официальное установление. На самом деле, в Церкви множество безымянных святых, то есть которых официально не канонизировали.
Наталья: Ты всегда торопился жить, и в некоторых фразах говорил, что времени мало. Ты чувствовал раннюю кончину или предсказания о смерти, которые до тебя доходили и создавали впечатление, что ты рано уйдёшь?
Ирина (Александр Мень): Мне были предупреждения: мне снились сны, приходил ко мне Ангел-Хранитель во сне и просил быть осторожнее. У меня очень сильный Ангел-Хранитель, он всегда меня сопровождал, – Елисей. Мы и сейчас с ним общаемся, он, кстати, готовится на воплощение, но говорит, что пойдёт только вместе со мной. Он ко мне приходил во сне; и даже наяву, когда я был в теле, он мне посылал мысли, чтобы я был осторожнее, особенно последние полгода.
Наталья: Отец Александр, была ли у тебя возможность изменить тот трагический финал, который произошёл? Что нужно было сделать?
Ирина (Александр Мень): Нужно было согласиться. Я потом анализировал своё воплощение и свой выход из него вот таким способом – через убийство моего тела. Я смотрел линии вероятности, что бы мне нужно было сделать, чтобы этого не произошло, и в какой момент я сделал не тот выбор, ошибку.
(Ирина) Показывает каких-то людей: Пётр, Сергей, Марина – та группа людей, которые жили в пригороде Москвы где-то, и у них была машина.
(Александр Мень) Они предлагали приезжать за мной и отвозить меня на машине, потому что их Ангелы тоже их предупреждали, что мне грозит опасность. Но я отказался, так как не хотел напрягать этих людей. Если бы я согласился, то нападения бы не произошло, я бы прожил ещё около 20 лет.
Ирина (Александр Мень): Иногда мы не понимаем, какой выбор к чему приведёт, но в Духовном мире это всё видно. Поэтому прислушивайтесь всегда к себе, к своей интуиции. Почему я отказался, чтобы меня возили на машине, хотя у меня ёкнуло Сердце: «Соглашайся!»
Ирина (Александр Мень): Но мой ум сказал: «Нет, неудобно. Ну почему они меня должны возить? Я на электричке доеду». А мне нужно было принять это как подарок от Бога, мне не нужно это было понимать как какое-то преклонение предо мной, а просто как подарок от Бога. То есть мне не нужно было думать, что они это делают из вежливости или хотят втереться ко мне в доверие, – это всё наши человеческие измышления, мне нужно было от них отказаться и последовать за своим Сердцем.
Потому что они мне это предложили где-то примерно за полгода. Именно за полгода до моего выхода из воплощения стала выявляться та линия вероятности, которая меня к этому развоплощению вела. Постепенно эта Лента вероятности становилась всё больше, плотнее, приобретала материалистичность, и в конце концов материализовалась.
Ирина (Александр Мень): То, что случилось, тоже не случайно, потому что это было развязыванием моего кармического узла, но тот, кто это сделал, завязал свой.
Ирина (Александр Мень): Она в прошлой жизни – не в той, где я был в теле Григория Великого, а именно в предыдущей. В том воплощении я тоже жил на Земле. У меня вообще было много земных воплощений, очень полюбил я эту планету.
Я был в теле мужчины, но жил он на территории современной Мексики, и было это в конце XIX века. Был я там в небольшом городке мексиканцем (показывает небольшой городок, скорее, деревню). И был я из рода, клана (там кланы есть), который принадлежал к тайному клану шаманов. Поэтому когда я там родился, меня стали обучать шаманы, потом я прошёл посвящение и всю свою жизнь – там я прожил 67 лет – был шаманом. А в то тело я воплотился с 19-го духовного уровня, а ушёл на 11-й. Я понизил свои вибрации, потому что, во-первых, был очень элитарен, то есть считал, что мне открыто высшее знание, а остальные недостойны.
Ирина (Александр Мень): Элитарность. И я ещё использовал для изменения сознания и контакта с Духами психотропные галлюциногенные вещества, и в конце концов я их и давал другим – своим ученикам и тем, кто ко мне приходил за исцелением. И ещё я готовил разные травы. И так получилось, что я перепутал дозировку, и из-за меня вышел из воплощения молодой парень. Причём выходил он очень тяжело, его мучали судороги, галлюцинации. И вместо того, чтобы ему помочь и отправить его к медикам, я только занимался обрядом, вызывал Духов. Но они ему ничем не помогли, он умер в жестоких мучениях. И это завязало кармический узел, я ушёл на 11-й уровень, то есть понизился в вибрациях. А потом этот же парень, он тоже воплотился и был как раз тем, кто меня развоплотил.
Ирина (Александр Мень): Он был не один, он был в составе группы, но был именно тем, кто убил моё тело, кто нанёс удар. Потому что нас свели (показывает, как наставники сводят) для того, чтобы мы развязали кармический узел. Он его мог развязать между нами, но он меня развоплотил при встрече, а сам ещё крепче завязал свой узел. А я свой развязал, потому что я повысил свои вибрации и убрал вот эту гордыню, которая была у меня в прошлой жизни и которая привела к развоплощению этого молодого человека. Я же тогда это сделал не со злости, не специально, а вот именно из-за своей гордыни, что сам справлюсь, что не буду никого звать на помощь, хотя видел, что ему плохо.
(Ирина) Показывает такого человека в одеянии шамана, с бородой, какой-то обруч на голове с перьями, в руках бубен. И он дал отвар или какое-то галлюциногенное растение именно для исцеления этого молодого человека, но перепутал дозировку, и у того началось отравление. Я вижу, как он ползает по полу, и у него состояние такое невменяемое, он ничего не видит.
(Александр Мень) А я, вместо того чтобы позвать на помощь людей, медиков (уже можно было их вызвать из города), сказал: «Зачем мне эти медики? Я сам разберусь». Это гордыня, и вот эта гордыня привела к выходу из воплощения этой Души. Он бился в судорогах, потом начал видеть приходящих Духов, и потом он умер. А я даже не пожалел об этом, у меня было настолько ожесточённое Сердце, что я сказал: «Ну, значит, такова судьба, его забрали боги, его забрали Духи». А что я сам в этом участвовал, даже не думал.
Наталья: И вот в этот момент как раз завязался кармический узел, да? То есть, если бы ты сокрушался о гибели человека, то он мог бы не завязаться?
Ирина (Александр Мень): Если бы я хотя бы осознал. Сокрушаться тоже не поможет. Если бы я осознал, ответственность на себя взял, а я сказал: «Я ни при чём, это Духи». А это же не Духи ему давали зелье и не пускали...
(Ирина) Показывает как друзья или родственники этого человека пытаются войти в небольшой деревенский дом и говорят: «Что с ним происходит? Может, нам кого-то позвать?»
Ирина (Александр Мень): Душа не знала. Это просто были, так сказать, видимые события, а под ними – невидимая причина. Видимые события были, что он был...
Он, на самом деле, тоже уже развоплощён, этот человек, и, кстати, зовут его, как и меня, Александром. Он сейчас уже развоплощён, и я к нему ходил, спускался, так как он попал на 5-й уровень. Я к нему спускался, к тому, кто меня развоплотил, и мы выясняли этот момент с ним, я предложил ему стать его консультантом, но он отказался: обижен ещё на меня.
Ирина (Александр Мень): И из прошлого, и из того, когда был Александром Менем, то есть это всё наложилось. Сейчас я объясню.
Когда он жил в теле вот этого Александра, ему было 23-24 года (показывает молодого человека), и у него с детства было заболевание мозга, он был как бы не совсем адекватен.
Ирина (Александр Мень): У него были вспышки гнева на пустом месте, и были, как это говорят в проекте «Кассиопея», контакты с деструктивными плазмоидами. Он жил он недалеко от Москвы, в городе Загорске, и там познакомился с моими лекциями, но мы лично не были знакомы.
(Александр Мень) Когда он это читал, его вот этот Дух ему агрессию напомнил – что он вышел из воплощения из-за меня. И у него возникла неприязнь, которая распространилась на всё, что я написал. И он так это воспринял, что будто я говорю против веры, против православия, а он считал себя православным, хотя, конечно, им не был, по сути. Он посчитал, что я предатель веры, потому что хочу объединить все религии. И стал следить за новостями обо мне, издалека наблюдать.
Потом он где-то примерно за год, за месяцев восемь пошёл и доложил обо мне в КГБ в Отдел по делам религий, была такая встреча, он беседовал с человеком, который отвечал за религиозные культы. Говорил, что я хочу объединить всех людей под какую-то свою идею и делаю это противозаконно. Заявление делал такое. С ним поработали там, поговорили и отпустили, сказали, что будут за мной наблюдать, и так далее. А он дальше наблюдал: я был уже достаточно известен, обо мне писали в газетах и говорили по телевизору (показывает, что в «Новостях» говорили о нём).
И он узнал, что я открываю Институт изучения Библии, где буду всех обучать. Но он это так воспринял, что я хочу увести из истинной веры, из православия, и подговорил двоих своих друзей на то, чтобы напасть на меня и вывести из воплощения из-за того, что я как бы неправильный священник.
Ирина (Александр Мень): Да, он им привёл там доводы, а они были тоже, так сказать, из социально неответственных под воздействием алкоголя слоёв населения. Он им заплатил некоторую сумму, потому что подрабатывал в Загорске, и кстати, был сторожем (показывает). Он ещё занимался спортом, был спортивным молодым человеком. И вот нашёл там местных, тех, кто пьёт, алкоголиков, и они за небольшое вознаграждение согласились ему помогать. Один был с ним, когда он на меня напал.
Ирина (Александр Мень): Он меня выслеживал ещё вечером, но просто я поздно приехал, так как читал лекцию в институте, он не дождался, они ушли. А утром он меня выследил, они и ночевали там где-то, наверняка, в кустах сидели неподалеку.
(Александр Мень) Откуда он знал, где я живу? Это было всем открыто, он это быстро узнал у людей, я же не скрывался. Поэтому там и выслеживал.
И вот они напали на меня вдвоём, а третий в это время (показывает) стоял на тропинке и смотрел, чтобы никто не пошёл. Он должен был им дать знак, что если кто-то идёт, чтобы они спрятались, стоял на страже.
Наталья: Известно, что ты был с портфелем. И очень много людей интересуется, что было в портфеле? Хотя, по всей видимости, это не играет никакой роли?
Ирина (Александр Мень): Они имитировали ограбление, что меня как будто убили из-за денег, но это не из-за денег было.
Ирина (Александр Мень): Да для чего мне это надо – кого-то обличать? Я что – ребёнок маленький в 55 лет, или молодой парень, мне что, заняться было нечем? Я прекрасно знал все достоинства и недостатки нашей Церкви, да они и сейчас известны. Что там обличать, кого?! Взрослых людей не перевоспитаешь, это бесполезно.
Ирина (Александр Мень): Начали не там искать, то есть не знали об этом человеке. Начали искать по соседям. Я просто по эгрегору видел – по своему семейному эгрегору и по контакту с Натальей, с Еленой...
Ирина (Александр Мень): Да, и с Михаилом, то есть с родственниками. Я видел их мысли, как они следили за следствием, поэтому я знаю из их мыслей о том, что происходило. И ещё от Паши знаю, мы с ним, кстати, общаемся, это брат мой.
Ирина (Александр Мень): Потому что когда меня ударили, сначала я не понял, что происходит, а почувствовал просто, что меня ударили по голове, но не почувствовал крови. И я упал, потом встал, а у меня зрение же слабовато было, и я кровь не видел вначале. Обернулся, хотел спросить: «За что?» – а они убежали, просто я слышал топот ног – топ-топ-топ по дорожке. А ещё туман был такой, ничего не видно...
Ирина (Александр Мень): Я думаю: «Что за хулиганы? Они какие-то молодые». Они вообще мне показались подростками, но были совершеннолетними, просто очень молодыми. И они куда-то убежали. «Вот хулиганьё!» – как возмущение такое было. И думаю: «Ну, надо идти на электричку», – потому что я же на службу должен был ехать. А портфеля, где моя одежда, крест, Евангелие – все мои вещи, которые я брал с собой, его нет. Я даже не понял, что они его забрали. Я прошёлся туда, сюда – ничего не нашёл. Думаю: «Ну ладно, я сейчас приеду, и там что-нибудь найду для себя», – и пошёл к лестнице, которая ведёт на эту платформу. Там недалеко уже было (показывает, что несколько десятков метров).
Но когда я туда уже дошёл, до этой лестницы, то понял, что не могу идти по ней, потому что у меня слабость.
Ирина (Александр Мень): И заболела голова, сильно заболела, даже не только затылок, а лоб заболел, и меня начало немножко тошнить и закружилась голова. И я присел возле этой лестницы и подумал: «Нет, я пойду домой лучше, врачей вызову». И пошёл домой. И мне кто-то встречался, что-то спрашивали, я уже плохо помню.
(Ирина) Показывает помутнённое сознание. Очень сильно болит голова, так болит (он мне ощущения показывает), что он хочет её оторвать и выбросить.
(Александр Мень) Эта боль мне мешала думать, но была мысль: «Я дойду» (показывает, что он идёт, а состояние как у пьяного).
Потом я увидел уже кровь на одежде, пощупал (показывает, как ощупывает голову) и увидел, что там кровь. А когда я шёл, кто-то мне встречался, что-то меня спрашивали, даже: «Помочь тебе?». А у меня опять была, но это уже не гордыня, как в том воплощении, а просто нежелание напрягать людей, и я сказал: «Я сам».
(Александр Мень) И вот опять, как я когда-то оставил без помощи этого парнишку в прошлой жизни, в этой жизни, так как я свой узел проработал, меня без помощи не оставили – встречались люди, которые могли мне помочь. Но я отказался сам, а раз я отказался сам, то они ушли, и мои Ангелы-Консультанты, мои наставники восприняли это как мою волю, как мой выбор: «Уйдите!» И они ушли.
Ирина (Александр Мень): Дальше у меня всё закрутилось: небо, деревья, и я стал чувствовать, что уже смотрю на это сверху.
(Александр Мень) Я увидел посёлок уже сверху и подумал: «Как легко! Вся боль исчезла, и я как облачко». Я оставался в сознании и понял, что покидаю эту жизнь. Тогда стал молиться Иисусу, чтобы Он меня забрал к себе. И тут я почувствовал, что меня подхватывают под руки два красивых Ангела с крыльями. Мы с ними поприветствовали друг друга, они поклонились мне и сказали: «Поздравляем тебя, брат, ты вышел на ангельский уровень!» Я сначала: «Как это!?»
(Александр Мень) То, что рассказал про этого парня, я сначала этого всего не знал, это уже узнал в Духовном мире. А кто меня и как ударил, вообще не понимал тогда.
Ирина (Александр Мень): Но не до такой степени, чтобы меня бить. Я не считал, что у меня такие враги, которые могут меня убить, я вообще за врагов никого не считал.
Ирина (Александр Мень): Я прекрасно знал, что меня не за что посадить, я никогда не шёл против власти, кстати. Да, ко мне приходили люди-диссиденты, которые шли против власти, но я их не поддерживал. Да, меня допрашивали по делам некоторых из них, но я же им говорил честно, что никогда не шёл против власти, так как прекрасно знал, что всякая власть – от Бога. Даже если она безбожная, даже если она тоталитарная, даже если она жестокая – значит, это по нашим грехам.
Ирина (Александр Мень): Думаю над этим, возможно, пока ещё не знаю. Пока не задумывался, но допускаю эту вероятность.
Ирина (Александр Мень): Хочу сказать о том, что я не успел сделать для Церкви. Это написать ещё работы или прочитать лекции, которые бы помогли православной Церкви объединиться с другими религиозными христианскими конфессиями, а также более терпимо относиться к другим религиям, в том числе к эзотерике.
Есть ли сейчас в православии люди или приходы, которые продолжают начатое тобой дело, двигаются в твоём духе?
Наталья: А каким ты видишь будущее для православия? Ведь уже прошло 30 лет, как тебя нет. Идёт ли какая-то динамика, есть ли она в православии? Потому что я помню, что ты переживал о...
Ирина (Александр Мень): В ближайшие лет десять будут приходить новые священники новой формации, которые будут более открыты к новым знаниям. Потому что они уже воспитаны в другом, не в советском обществе, когда всё инородное критиковалось и отчуждалось, в том числе в политическом смысле. Ведь это же накладывало отпечаток и на религиозное познание. А придут люди, которые уже выросли при более свободном строе, и будут в Церкви более свободную политику проводить, то есть связанную с объединением – такие будут тенденции.
Ирина (Александр Мень): Я желаю всем православным, во-первых, больше читать, развиваться, причём больше читать разнообразной литературы, не зацикливаться только на своей вере, потому что это сужает кругозор человека и мешает ему в полной мере исполнять заповедь о Любви к ближнему. А также я желаю научиться, прежде чем кого-то осуждать за грехи, сначала заглянуть в своё Сердце и посмотреть, а святы ли вы сами? Всегда помните слова Христа: «А если кто без греха, первый брось в неё камень».
Ирина: Итак, дорогие друзья, благодарю Духа Отца Александра! Очень интересно. И поздравляю ещё раз с тем, что ты поднялся на 22-й уровень! Будем тебя ждать в воплощении, ты Ангел-Консультант, поздравляю!
Благодарю также Наталью за интересные вопросы. Кстати, я давно тоже хотела поговорить с Духом Александра Меня. Очень интересная личность, благодарю за эту возможность.